Вы здесь

Золото моих чувств. Примирение.

Страницы

Все страницы:

Я спокойно постучал в дубовую дверь. Услышал приглушенное приглашение войти. Открыл дверь, пропустил заместителя директора и молодежь вперед, вошел сам. Гордон округлил глаза.
- Мадам Пьюси, что тут происходит? Элена… - Как-то страдальчески. И девчонка, не дав сказать ни слова взрослым, пошла в атаку.
- Рара, мы с моими друзьями шли на урок. Этот новый учитель остановил нас и ни с того, ни с сего повел к тебе в кабинет! Я требую… - Я видел, как хмурится мадам Пьюси, как Гордон моментально надевает маску внимательного слушателя, хотя уже давно не слушает свою дочь. Я ухмыльнулся.
- Мадмуазель, прошу Вас прикрыть свой очаровательный ротик. – Тихо сказал я, не дав ей закончить свое требование. Все ученики обернулись на меня. Мадам Пьюси прямо вся засияла. Гордон очнулся и ухмыльнулся. – Начнем, пожалуй, с того… что я не просто шел по первому этажу, а искал моего ученика, который после нашего утреннего разговора забыл у меня в кабинете свою тетрадь. – Себастьян сжал мою руку. – Дальше… я увидел то, что, по чести, не ожидал увидеть в таком благородном заведении, как это. Семь взрослых молодых людей окружили в кольцо юного мальчика. Который, к слову, им ничего не сделал.
- Это неправда! – Попыталась воскликнуть Элена. Гордон сложил руки на столе.
- Хм… послушайте, мадмуазель, я Ваш учитель, и мне нет причин врать и выгораживать кого-либо из учащихся. А Вас не научили вовремя закрывать ротик. Я научу. – Она округлила глаза и повернулась к отцу.
- Папа! Ты не остановишь его? Он же угрожает мне! – Гордон кашлянул, но промолчал.
- Итак, продолжу свой рассказ… - я посадил Себастьяна в кресло в углу, сам выдвинул стул, и сел на него скрестив ноги. – На чем я остановился? Ах… да. Мальчик, который ничего не сделал, кроме того, что не похож на остальных. – Себастьян вспыхнул. – Но сейчас, уважаемый месье Лоран, речь не о том, а о наказании за нападение на ученика младшего класса, и прогуле урока по неуважительной причине.
- Чего Вы хотите от меня, месье Вилсон? – Попытался скрыть улыбку директор. Мадам Пьюси вытащила платок.
- Так как я учитель английского языка, а дети в школе так плохо подкованы в нем, я предлагаю повысить успеваемость и назначить этой семерке дополнительные занятия по моему предмету. Неявка или осознанный прогул будут караться двумя часами дополнительных занятий, плюс домашнее задание. Если вы, молодые люди и дамы, не сделаете то, что я вам задам на дом, то это еще плюс три часа вашего свободного времени и, поверьте, моего тоже. А это будет означать, что я буду очень зол. И еще, месье Лоран, у меня просьба…
- Какая? – Промурлыкал директор. Я ухмыльнулся. Мадам Пьюси спрятала смех за кашлем.
- Все свободны, кроме Кэлиба и Элены. – Они хмурые и недовольные вышли. Себастьян тоже поднялся. – Себастьян, останься. – Он кивнул и сел обратно в удобное мягкое кресло. – Итак, что мы имеем, Гордон? Ты плохой отец.
Мадам Пьюси не выдержала и засмеялась, присела на краешек кресла. Гордон тоже засмеялся. Элена открыла рот, а Кэлиб завис.
- Джон, мальчик мой, эта партия просто великолепна!
- Я снова выиграл?
- Ты всегда это делаешь, малыш. Сара, позволь тебе представить, даже не знаю, третьего сына Поля, Джона, и этот молодой человек всегда выигрывает у меня в карты! Всегда! И мы с ним поспорили, что в первый же день он наживет неприятности! Он их нажил, но как вышел из ситуации… блеск! – Гордон хлопнул в ладоши.
- Папа, как ты можешь!
- Замолчи, Элена! – Строго сказал он ей.
- Да, избалованная и невоспитанная. Прямо, как ты говорил.
- Я воспитанная! – Огрызнулась девчонка, но глаз с меня не спускает, и я вижу, что она пожирает меня взглядом, ухмыляюсь про себя. Как славненько.
- Воспитание - это не то, что нам дает наша семья. Это то, что мы впитываем из окружающей среды и что дают нам наши друзья. Получается, что мы варимся в собственном соку и если этот сок - желчь, то неизбежно вырастает вот это. – Вкрадчиво и бархатно. Она краснеет. – Девочка должна быть девочкой и Вы, Элена, не она. Женственность не заключается в кудрях до поясницы и накрашенных глазах. Это глубоко внутри. Но я отвлекся. Гордон, у нас есть еще проблема и я бы хотел ее решить.
- Все, что пожелаешь. – Вижу, как хмурится девчонка. Ну, давай, решай, думай, попытайся. Я отвлекаюсь от нее. В конце-то концов, шестнадцать лет такой возраст, сама поймет со временем, что я хотел ей сказать. Пусть не сейчас, но позже.
- У Вас есть медпункт? – Этот вопрос вводит в ступор Гордона, но заставляет очнуться Кэлиба. Он смотрит затравленно, в его синих глазах тоска.
- Да, конечно, мальчику нужна помощь? – Спрашивает Гордон, мадам Пьюси морщится.
- Нет. Но это только в этот раз, Гордон. Я хочу, чтобы Вы проинформировали Вашего врача, о том, что ее легко можно заменить, если она не справляется со своими обязанностями.
- Объясни, Джон. – Очень серьезно проговорил Гордон. Но ответить я не успеваю, в кабинет без стука врывается блондинка. Молодая, стройная, но с жуткими духами и макияжем, совершенно портящим весь вид.
- Кэлиб! – Взвизгнула она. Парень даже не успел ничего ответить, как она стала наступать на него. – Ты что тут делаешь? Мне сейчас сообщили, что ты в кабинете директора, что ты прогуливаешь занятия, что ты… - Я вижу со своего места, как Кэлиб сжимает кулаки, но не говорит ни слова. Здесь все понятно, мать-диктатор, считающая, что ее мнение самое главное и что у ее сына его вообще недолжно быть. Отсюда вся эта ситуация. Скорее всего, не замужем, но считающая себя охотницей. Брр.
- Мадмуазель Рошетт, успокойтесь. – Строго высказалась мадам Пьюси. Блондинка повернулась к нам и застыла, а Кэлиб вздохнул с облегчением и прикрыл глаза. Ее взгляд остановился на мне, и она машинально поправила локон волос, улыбнулась. О! Я знал, какое впечатление произвожу на вот таких вот леди.