Вы здесь

Танец

Страницы

Все страницы:


Мягко, без обычной резкости, я ласкал его шейку. Мишель вдруг сглотнул и облизал губы. Губы…
Маленькими поцелуями по контору лица, к заветным, чуть пухлым губам парня, которого я никогда не целовал. Он сидел с закрытыми глазами, не шевелился. А я ловил каждый короткий вдох и выдох. Мне нравилось это.
Покорность на гране с ведомостью. Или же он полностью ведомый? Да, так и есть, его поведение говорило само за себя, тихие вдохи и никакой реакции.
- Дыши. – Тихо шепнул я в его губы, и он выдохнул прямо мне в рот. А я поймал этот сладкий выдох и накрыл его губы. Он дернулся и раскрыл глаза, но тут же зажмурился.
Не представлял, что невинный поцелуй может всколыхнуть во мне такую бурю эмоций. Но так и было.
Мишель не шевелился и не отвечал. Не умел? Не хотел?
Я нежно прошелся лаской по его нижней губе, и немного прикусил, аккуратно, чтобы не причинить боль, а показать чего я хочу. Он не реагировал. Я отстранился и взглянул на него, парень передо мной был напуган.
- Мишель? – он вздрогнул снова и открыл глаза, в них была паника.
- Я… ты… - И я не смог подавить в себе это желание, обнял его, снова накрывая его дрожащие губы. Он застыл, а я воспользовался этим и юркнул язычком в его горячий ротик. Лаская и стискивая его в объятиях, упиваясь его неумелостью. Я просто сходил с ума. Никогда бы не подумал, что могу слететь с катушек от одного поцелуя с парнем, который и целоваться-то не умеет. Но парадокс был в том, что мне нравилось, и когда Мишель замычал мне в рот, я слегка ослабил нажим и убрал язык, лаская его только губами.
- Не напрягайся.
- Почему ты? – сдавленно выдохнул он.
- Потому что поймал себя на том, что хочу.
- Я ни с кем не целовался. – И на щеках моего визави появился румянец. Я был так удивлен, что проигнорировал его вопрос. – Майкл?
- Да?
- Я не понимаю, для чего тебе целовать того, кто для тебя ничего не значит? – я смотрел ему прямо в глаза и мягко провел костяшками пальцев по нежной щеке.
- Сделай выводы. – Он секунду смотрел на меня, не веря, а потом наморщил нос.
- Тебе просто скучно? Нечем заняться? Ты… - и он замолчал, начал бегать взглядом по комнате. На самом деле, обстановка тут была еще хуже чем на кухне. Старая кровать, покрытая дешевым пледом, стол тоже старый, с перемотанной скотчем ножкой, к нему стул, боле менее новый. На окнах серая тюль. В общем, взгляду задержаться было негде. И я вдруг подумал, что в такой обстановке ему никогда не расслабиться, что тут он чувствует себя такой же дешевкой, как все окружающие его вещи. И я прошептал.
- Я решил, что мы переезжаем ко мне. У тебя много вещей? – он ошарашено уставился на меня. И покачал головой.
- Только книг много. – Да, эти самые книги были поставлены стопками везде.
- Тогда, сегодня собираем все и книги тоже, а завтра переезжаем.
- Не надо.
- Ты думаешь, что я тебя спрашиваю? – он опустил голову, а я поморщился и приподнял его лицо за подбородок. – Я хочу, чтобы ты переехал ко мне, не потому, что хочу запереть тебя дома, а потому что здесь просто ужасно.
- Но это пока единственное, что я могу позволить… моя зарплата… - И он снова замолчал.
- По этому поводу, кстати, тоже, работа у тебя просто ужасная?
- Майкл, мне нравится моя работа. – Я улыбнулся и снова обнял его.
- Ну, если нравится, тогда ладно. А что тебе еще нравится? – да, я не знал о нем почти ничего, и, если честно, до сегодняшнего дня не хотел знать. Но сегодня, отрабатывая номер, я вдруг понял, что мне не хватает. Не хватает его улыбки. И мне кажется, что ему стоит сменить обстановку.
- Яблоки. – Но он не улыбнулся, а просто сказал это и опустил ресницы, прикрывая свои непонятные глаза.
- Хм… давай помогу собрать вещи. – Он кивнул. Ведомый. Я понимал, что это моя вина, что он, видя меня, всегда тушуется и точно знает, на что я способен. Я могу причинить ему боль. Я мог. Теперь настал какой-то странный момент в моей собственной жизни, в моем восприятии его судьбы, я не могу больше просто топтать его. Мне хочется, чтобы он понял, что в жизни есть не только боль, но и то, что ее причиняет. То есть, что эту причину можно устранить, дать отпор, возможно, что я смогу быть ему чем-то большим, чем причина и следствие его боли.
Я видел, как он аккуратно складывает немногочисленные футболки и пару джинсов. Несколько коробок с обувью. Через полчаса мы сложили все и даже книги. Моя квартира больше. Боюсь, что он потеряет в ней свои вещи.
- Это все? – Подходя к Мишель, спокойно спросил я.
- Да. Немного, но это все что есть. Что будет с квартирой? – Я слышал недосказанное «когда я тебе надоем, мне просто негде будет жить». И я снова просто обнял его за тонкую талию. Почему же я не замечал раньше, что он такой хрупкий?
- Мы не вернемся сюда. – Твердо сказал я, а он поднял на меня взгляд и, не веря, приоткрыл ротик, а я накрыл его своими губами. Этот вкусный, нежный ротик. Целовать который, оказывается, так приятно, особенно, когда этот парень, в моих руках, тихонько застонал. Он все также не отвечал мне, просто не умел, я понимал, я запустил руку в его волосы и немного оттянул назад, запрокидывая его голову. Властно и в тоже время нежно, стараясь не переходить на знакомую нам грубость, я целовал его, сминал податливые губы. И вдруг почувствовал его руки на своих плечах. Несмело. Робко. Почти невесомо.
А я продолжал сминать его губы.
Потянул к постели и упал на нее, придерживая парня, чтобы не ударился. Оказавшись в знакомой позе, Мишель напрягся.
- Тш… сегодня только поцелуи, до тех пор, пока ты не ответишь мне. – Прошептал я, смотря в его глаза, зрачок расширился и губы задрожали. Но он прохрипел.
- Как?