Вы здесь

Танец

Страницы

Все страницы:

Мы ужинали в итальянском ресторане, когда к нашему столику подошли Фокс и Тед. Я про себя скривился. Сам не знаю, почему я так ревностно реагирую на них.
- О! Привет! – жизнерадостно поздоровался с нами Тед.
- Привет. – Открыто улыбаясь, ответил ему Мишель.
- Мы присоединимся? – не дожидаясь ответа, отодвинул стул Фокс и помог своему парню сесть, а я, молча, наблюдал, как они устраиваются за нашим столом. Я перевел взгляд на Мишеля и, видя его блестящие глаза, даже не смог нагрубить этим двум невоспитанным парням.
Я отложил вилку, пытаясь найти в себе силы сдержать непонятную ревность. Она клубилась во мне, разрасталась, и я понял, что если не успокоюсь, обязательно сорвусь.
- Как провел законный выходной? – все также жизнерадостно осведомился Тед. Мишель повернулся ко мне и нежно проговорил:
- Мы были в студии танца, на тренировке Майкла. – Я улыбнулся ему, но увидел, что мой мальчик все понял правильно. Я злюсь. – Было так захватывающе. – Он неуверенно положил мне руку на коленку.
- То есть в свой выходной ты даже не смог посвятить время самому себе? – с наигранным весельем спросил Фокс, а взгляд стал темным.
Я снова взял вилку и накрутил на нее пасту, но ко рту не поднес.
- Мальчики, заказывайте ужин. И не лезьте не в свое дело, я, уже помнится, один раз говорил, что не нуждаюсь в судьях и оценках моих отношений, а уж оберегать моего парня от меня самого - это глупо. – Я снова опустил вилку. И совершенно серьезно, смотря в глаза Фоксу, так как он мне казался, на первый взгляд, более адекватный, проговорил: - Еще один намек на что-либо и мы будем разговаривать по-другому.
Они молчали. Я видел, оба изучают меня, а мне было все равно. Я повернулся к бледному Мишелю и чуть наклонился, поцеловал его в щеку. Рука на моей коленке дернулась и немного сжалась, я накрыл ее своей рукой.
Я смотрел в его глаза, в них было все. Он так переживал и нервничал, боялся, что я сорвусь. Мы с ним оба прекрасно знаем, что я не терплю неуважения и хамства. А эти два парня испытывали на прочность и так тонкий лед моего терпения одним своим присутствием и улыбками в сторону моей собственности.
- Ну, на самом деле, мы сразу заметили, что Мишель как-то по-другому выглядит, более счастливее что ли… - вдруг раздался голос Теда. Я повернулся к нему и с улыбкой, которую сам от себя не ожидал, ответил.
- Сделай выводы. – Они нахмурились.
- Ну, он хоть сытый сейчас, а то ведь концы с концами еле сводил. – И зачем он мне это говорит? Я и так прекрасно все знаю, сам видел.
- И одевается лучше… - продолжил за Теда Фокс. Я скептически приподнял бровь.
- Парни, если вы все это видели, и прекрасно знали, что Мишель живет впроголодь, так какого черта ничего не сделали? – и вот тут я увидел эти виноватые взгляды. Да, он им друг, да, они присматривают за ним, да, может даже пытались что-то предложить, но…
- Мы пытались, но он слишком гордый. – Я рассмеялся, Мишель грустно вздохнул.
- Не замечал. – Отсмеявшись, с сарказмом ответил я.
- А ты вообще замечаешь хоть что-то, кроме своей персоны? – зло прошипел Тед.
- Тед! – попытались остановить его в один голос Фокс и Мишель, но Теда понесло.
- Да он, когда ты появился, весь осунулся, бледный ходил, как бумага. Голодный! Улыбался через силу. Я вообще не понимаю, как ты можешь испытывать к нему хоть какое-нибудь чувство! – я жестом подозвал официанта и попросил счет. Тед замолчал, но как только официант отошел, он продолжил. – Ты не думай, мы к нему как к хорошему другу относимся, и нам стало любопытно, что ты собой представляешь, раз Мишель в таком состоянии - значит, тебе нравится его мучить… - принесли счет, я расплатился.
Мишель не двигался с места, нервно сжимая в руках салфетку и смотря на недоеденную пасту.
- Доедай. – Спокойно сказал я, но это спокойствие далось мне с таким трудом. Все во мне заполняла ярость. Я так себя еще никогда не ощущал.
Мишель взял вилку, она ходила ходуном у него в пальцах. Я не шевелился, ребята с удивлением смотрели на это.
- Мишель, ты чего, мы же не тебе претензии предъявляем? – удивился Тед, Фокс же закусил губу, наши глаза встретились, он медленно выдохнул и совсем тихо попросил:
- Он не виноват ни в чем, не надо делать глупостей. – Я улыбнулся, чуть наклонился к нему и, пряча ярость под вежливостью, проговорил:
- А это уже не ваше дело, господа. – Я встал и мне тут же подали пальто, Мишель вскочил, замешкался, прощаясь, и ему пришлось догонять меня уже на улице. До дома было недалеко, я решил немного пройтись. Дышать становилось трудно, а когда он неуверенно положил мне руку на предплечье, я втянул воздух сквозь зубы.
Понять себя было трудно. Я ревновал. Но причина этой ревности было непонятна. Мое поведение можно было интерпретировать как состояние патологического аффекта. Меня раздирала ярость, и я точно знал, на ком я вымещу свою злость, и идущий рядом молчаливый мальчик тоже знал это…
С каждым шагом она не выветривалась, а только становилась сильней и, влетев в квартиру, и напугав Морис, я толкнул его на диван.
- Микки… - попытался он остановить меня, я рыкнул, и он ничего больше не сказал.
Я срывал с него вещи и разорвал футболку, вырвал ширинку, он всхлипнул и получил пощечину.
- Микки! – попытался снова остановить меня мой нежный мальчик.
- Заткнись! О тебе ведь есть, кому позаботиться, у тебя ведь такие шикарные друзья… - я перевернул его и вдавил лицом в диван. – Вот пусть они и заботятся о тебе!
- Нет, Микки, это не так, не то… Микки! – лепетал он. – Я люблю тебя!
- Верю. Только этого мало сейчас… - я сдернул с него джинсы и навалился, он все также всхлипывал и шептал что-то неразборчивое. Я зафиксировал ему руки за спиной и дернул на себя, ноги у него разъехались и я услышал тихий вскрик.