Вы здесь

Танец

Страницы

Все страницы:


- Потому что я был влюблен в тебя, в твою силу, в твои поступки, я, наверное, с самого детства мечтал о таком как ты. Да, я не был геем, да, ты делал мне больно, да, я воспринимал твои поступки как должное, потому, что меня так воспитали – сила правит миром, слабые не выживают. Я только потом осознал, что это правда, но есть из каждого правила исключения. Ты стал исключением из всех правил жизненного устоя Мишеля Дорса. И я даже был благодарен тебе. Помнишь, на выпускном вечере, ты, трахая меня в своей комнате перед вручением дипломов, сказал, что однажды я буду тебе благодарен и приползу.… Я благодарен. – Я понял, что он плачет. – Я люблю тебя.
Я сжал его в своих объятиях и проговорил то, что уже давно сидело у меня в голове, эта мысль была странной и немного чужой, но я должен сказать этому парню, что он для меня значит. Иначе мы просто сойдем с ума, или сведем с ума друг друга.
- Я тоже люблю тебя, Мишель. – Он застыл, а потом разревелся. Хватаясь за меня, царапая кожу, целуя, я повалил его на пол и придавил собой, он бился в истерике.
- Микки, как же так, Микки!? – выкрикнул он шепотом. – Я не… ааааа ты!
Я перекатился и прижал его тонкое, хрупкое тело к себе, впился в губы. Почти жестоко, кусая до крови. Он не сопротивлялся, а соленые слезы все капали мне на лицо, размазывались и смешивались с кровью.
Наша любовь такая страстная и соленая от крови и слез.
- Мммм! – я сорвал с него футболку и вырвал пуговицы на джинсах, стянул их вместе с бельем. Он не сопротивлялся, открывался для меня.
- Как раньше… - прохныкал он. – Хочу как раньше…
- Дьявол! – я резко перевернул его лицом в пол, раздвинул ноги коленом и грубо ввел в него два пальца. – Так?
- Даааа! – я почувствовал, как сокращаются его мышцы, как он сильней раздвигает ноги. Как он насаживается на мои пальцы.
Мы снова оказались в прошлом, когда я только брал. Моя комната на двоих, его затравленный взгляд полный надежды, но я тогда так и не смог понять этого парня подо мной. И не пытался. Сейчас немного по-другому, он значит для меня намного больше, чем ненужная вещь.
Я уперся рукой в пол и нанес на член слюну, подставил головку к его дырочке, все его тело было мокрым, губы в крови, я наклонился и слизал почти сладкую кровь, он вздрогнул, когда я плавно вошел в него.
Да, сейчас, сходя с ума от желания и ярости, я, почему-то, понял, что могу контролировать это. Раньше не мог, а сейчас я плавно вошел до конца и остановился, уткнулся в его влажные волосы и прошептал:
- Сожмись. – Он тут же сделал то, что просили и сам же тихо простонал. – Мой послушный мальчик. – Я качнул бедрами, резко, несдержанно. Мишель выгнул спину и закричал, также несдержанно. Как давно это было? Можно подумать - часы, мгновения, года… вечность…
Я вколачивался в его тело, совершенно не думая о партнере, а он ловил кайф, я видел. Его прикрытые глаза и улыбку на кровавых губах.
- Ммммикки. – Простонал он.
- Плохая шлюшка… - я размахнулся и стукнул его по ягодице, еще раз и еще. Он сжимался с каждым ударом и выгибался в пояснице.
- Да! – прошипел он. – Плохая… твоя…
Меня охватила эйфория, я так давно хотел вот так - просто брать, это у меня в крови, я не мог этому сопротивляться. Я подхватил его под бедра и приподнял, выскользнул и опрокинул на диван.
- Потрахай себя. – Коротко, страстно. И Мишель, выгибая спину, расставил ноги и ввел в себя два пальца. А я, внося некое подобия «нового начала», сел перед ним на колени и вобрал его яички в рот.
- Майки, пожалуйста. – Впервые он попросил, но для него это тоже новое. Я знаю. Я все о нем знаю.
- Вставить тебе?
- Да! – но он продолжал трахать себя, я сплюнул на его пальчики и почти нежно скользнул языком по краю дырочки. Он замедлил движения, ловя ощущения. – Мммма!
Я понимал, что мы не должны так оставлять все это, что должны немного по-другому прийти к кульминации. Я нежно убрал его руку и плавно вошел в горячее и нежное тело. Наклонился и захватил сосок губами, стараясь не кусаться.
- Теперь будет все иначе, хочу, чтобы после нашего признания, ты точно знал, чего хочешь… - глубокий толчок. – Потому что я не отпущу тебя, не смогу больше сдерживаться. Люблю тебя.
Я обнял его и, на самой высшей точке, мой запуганный и стеснительный мальчик прокричал:
- Люблю тебя!
Между нами растеклась его сперма, и он сильно сжал меня в себе, я увидел белые точки перед глазами, и мое желание скрутилось в огненную спираль, и я уплыл в темноту.