Вы здесь

Ориентация цвета неба

Страницы

Все страницы:


- Первый прыжок с парашютом дарит не только адреналиновый заряд, но и тысячи иголочек страха. Когда ты чувствуешь, что парашют раскрылся и тебя дергает в воздухе невидимая опора, ты понимаешь, что всего миг отделяет тебя от рискованного падения на землю.… И в этот миг перед раскрытием, ты настоящий и живешь только один раз. – Ты поднял на меня глаза. В летнем солнце, пробивающемся через кроны яблонь, твои глаза были как два лазурита. Сверкающие в надежде и блестящие пониманием. – Я люблю тебя. Возможно, в семнадцать я не мог сказать тебе этих важных слов, но сейчас, пройдя слишком много и живя почти слепо, я могу сказать, что это правда.
Я замолчал, увидев, как ты плавно поднялся и обошел небольшой столик, присел на колени около меня.
- Глупо ходить вокруг да около, и потом, все, что нас связывает – этого не перечеркнуть несколькими годами разлуки. И ты прав, я тогда испугался и признаю это. И еще многое признаю, и признаюсь, что влюбился с первого взгляда в твои необычные глаза и неповторимую улыбку. И все это время грезил ими…. И я люблю тебя.
Не было фейерверка или фанфар. Лишь по моей груди разлилось тепло, и я наклонился и накрыл твои губы. Лишь то тепло, которое я так долго ждал, которое не могло дать мне небо. Ты был во мне всегда, и я вдруг отчетливо понял, что прощаю тебя за молчание.
Ты резко углубил поцелуй, не знаю, боялся ли ты, что я что-то скажу, или просто желал целовать, но поцелуй был умопомрачительно-прекрасен.
Я развернулся и расставил ноги, обнял тебя ими, притягивая ближе, запуская руки в волосы, стараясь притянуть к себе - срастись.
- Пойдем в дом? – прошептал ты сквозь ласку, я кивнул.
Но с места мы не сдвинулись, продолжая целоваться и сходить с ума от ощущений и близости. – Пойдем? – и снова поцелуи, ты перешел мелкими укусами на мою шею, помечая меня вновь, даря свою страсть.
- Никуда мы не пойдем и раз твои соседи привыкли к эпатажу, для них не будут шоком наши страстные игры… - простонал я, сползая на землю рядом с тобой.
Ты не ответил, ты терялся в водовороте желания и тянул меня за собой, а я лишь улыбался, отдаваясь тебе. Резкий рывок и я оказался лежащим в гамаке, ты нетерпеливо расстегнул молнию на джинсах и наклонился, вбирая в свой горячий рот мое возбуждение.
Я запрокинул голову и наслаждался причудливыми вспышками летнего солнца в листве и мерным покачиванием гамака, а еще твоими манипуляциями и жгучим вихрем возбуждения внизу живота.
Я вцепился руками в сетку гамака и закричал, кончая тебе в рот.
- Никогда не думал, что буду использовать его так, как я матери в глаза буду смотреть, она обожает читать в этом гамачке…. О, Натан, что ты творишь? – я не слушал тебя, облизал пальцы и приспустил джинсы до конца, ввел в себя сразу два.
- Используем его по прямому назначению. – Прохрипел я. А ты резко расстегнул свою ширинку и обхватил член рукой.
- Продолжай, это просто фантастически будоражит… кровь. – С придыханием прошептал ты, целуя меня в основание, приходящего в боевую готовность, члена.
Я прикрыл глаза от накативших эмоций. Было восхитительно, где-то недалеко стрекотал кузнечик, вдали лаяла собака, шуршали листья от мимолетной ласки ветра. А я мерно раскачивался в гамаке и готовил себя для твоего нетерпеливого вторжения, и когда ты мягко перехватил мою руку и немного притянул меня к себе, сплюнул на пульсирующую плоть, я запрокинул голову сильней и закричал в видневшееся сквозь листву небо:
- Степа! – это было совсем не похоже на наш второй раз в жизни, это был третий. И я готов был поклясться, что не последний.
Ты мерно и не спеша толкался в меня, поддерживая за бедра и раскачивая гамак в такт своих толчков. Это было восхитительно-порочно. Я снова вцепился в сетку и попытался немного приподняться.
- Расслабься. – Хрипло сказал ты.
- Хочу твои губы. – Точно также хрипло и прерываясь на каждом слове, выдавил я.
И ты наклонился и накрыл мой пересохший рот, проскользнул вглубь и оставил ожог внутри, от счастья я задыхался и молил тебя не прекращать помечать меня собой. Ты, только ты!
Мы взорвались почти одновременно, ты не успел догнать меня всего на минуту. Моя сперма оросила голую грудь, и ты оторвался от моих губ, начал слизывать ее с влажной кожи.
Тихо простонал и прикусил мой сосок, кончил.
Я обнял тебя за голову, притягивая к себе как можно ближе. Дыша с тобой.
Ты мягко отодвинулся и встал с колен, не застегивая джинсы, лег рядом и я перекатился к тебе на грудь. Твои теплые, сильные руки окольцевали меня, даря надежное тепло и защиту.
- Хорошо. – Констатировал я факт.
- Да. У тебя есть какие-нибудь планы на завтра? – вдруг спросил ты.
- Да, у меня завтра прыжок с ребятами.
- Можешь отменить?
- Нет, к сожалению, там будет мой друг, а я обещал ему, что возьму его лично.
- Как двусмысленно звучит. – Немного холодно.
- Степашка, это работа.
- Близкий друг? – опять с этой холодной интонацией спросил ты. Я привстал и посмотрел на тебя внимательно. Губы немного сжаты, глаза темные и брови нахмурены. Я не смог сдержать улыбку.
- Степашка, да ты ревнуешь. – Нет, мне было, конечно, приятно, но это было такое глупое чувство. Ты отвернулся и закусил губу, прижал меня еще сильней. – Степ, не надо, этот мальчик имеет отношения, и у меня на него притязаний нет.
Я не стал вдаваться в подробности нашего знакомства с Ильей, мне показалось, что это будет лишнее, я точно знаю, что у него с Маем все прекрасно, почти идиллия. Ну, по крайней мере, если вложить в слово «идиллия» то значение, которое я имею в виду. С Ильей «просто» быть никогда не может, он как сосредоточие всего и сразу, и если вовремя не подстроиться, то можно угодить в ловушку из собственных слов и даже не заметить, что начинает всегда он, но просить прощения все равно будешь ты.