Вы здесь

Флейта

Страницы

Все страницы:

Вечерний променад проходил в слегка нервной обстановке.
Я сидел на атласном диване голубого цвета. В этот вечер, почти два месяца спустя, мама решила воспользоваться Синей гостиной. Каждый из здесь находящихся прекрасно осознавал, что этот вечер будет последним.
Я обвел гостиную взглядом и улыбнулся краешками губ. Бет - с непроницаемым лицом и книгой, которая занимает его внимание больше, чем наши посиделки. Майлз - нахмуренный и сосредоточенно думающий о чем-то своем, но я так предполагал, что его мысли все крутятся вокруг предложения моего отца. Да, вчера я слышал их разговор, и он меня удивил немного. Марс мило беседовал с моей матерью, хотя я видел в ее светлых глазах, что она лишь терпит, не более.
Я перевел взгляд на Итона и Кота. Да, именно так. Они сидели на двухместном диванчике и… смотрели в разные стороны. Это было так смешно, что я невольно снова, как много раз, прикусил себе язык. Мой дядя смотрел на обивку стен и находил ее очень занимательной, конечно, шелковые обои - модно и дорого. Кот же смотрел на картину моего прапрадеда, тоже серьезное занятие, правда, время от времени их пальцы соприкасались и тут же отдергивались их владельцами.
Это было так забавно.
Пока в гостиной было тихо, но как только Шорт внес бокалы с коньяком и чай для матери, она повернулась к нам с Шел с очень серьезным взглядом.
- Энтони, нам с отцом нужно поговорить с тобой очень серьезно. – Я перевел на нее взгляд и кивнул.
Странно было то, что, даже зная, что я не могу говорить, она ждала от меня ответа, за два месяца они с отцом так и не привыкли к тому, что я не могу говорить.
- Тони, мы с Эли понимаем всю четность наших попыток… - начал отец. – Мы надеялись, что за эти месяцы ты приобщишься к дому. – Он сделал паузу. – Снова.
- Но мы поняли, что ты уже не наш маленький Тони. – Продолжила мама. Я услышал хмык Итона. – Мы отпускаем тебя.
Все это сработало бы на Энтони Максвелле, но я хранил в себе еще и Миража. Да, я уже не он, но характер, стервозность, апломб – все еще были во мне от него. Я не был их сыном очень давно, и если они сейчас хотят чего-то добиться своими словами, то опоздали лет так на пятнадцать. А может и больше, намного больше.
Я смотрел спокойно на тех людей, что дали мне жизнь, я ничего не чувствовал. Достал блокнот и написал несколько строчек, протянул Итону.
Он удивленно приподнял бровь, но пробежав по строчкам, ухмыльнулся:
- Я и раньше знал, что вы оба во мне разочаровались, и не нужно было ломать комедию о воссоединении семьи. Я прекрасно знаю, что вы преследуете только свои цели, не нужно думать, что я остался настолько наивным к тридцати годам. Я говорил тебе, отец, – ищи приемника, вижу, ты воспользовался моим советом. – Итон перевел дух и серьезно взглянул на Майлза. Рей вскинул голову, в его глазах была просьба о помощи. Я кивнул Итону. – Но Рея я тебе не отдам.
Майлз вскочил с дивана и кинулся ко мне, упал на пол около нас с Ноэлем и часто-часто затарахтел.
- Спасибо, я уже не знал, как к тебе прийти и как рассказать обо всем, я не хочу занимать твое место, ты единственный, кто должен обладать этим чертовым креслом. Я пытался объяснить это Джареду, но он уверен, что ты никогда не согласишься, а я идеально подхожу. Тони… - последнее он просто провыл и уткнулся в сложенные руки на моих коленях.
- И почему у тебя вечно все вот так, Джаред? Заставляешь детей работать на себя… очень нехорошо. – Проговорил дядя, поблескивая глазами.
- Я так понимаю, что ты, сын, опять даешь мне от ворот поворот? – я кивнул. – Если честно, то я бы хотел сделать своим приемником Рея, но вижу, что и тут ничего путного не выйдет. – Немного скривил губы отец, Майлз не обращал на него внимания, все также сидел у меня в ногах. – Что ж, тогда у меня есть кардинальное решение… - он повернулся к Итону, тот сначала округлил глаза, а потом засмеялся в голос.
- Джаред, ты, что с ума сошел?
- Я серьезно, Итон.
- Я не смогу управлять твоей гидрой! – воскликнул Итон.
- Сначала будет сложно, но я не брошу тебя на произвол судьбы. – Дядя фыркнул.
- Ты не понимаешь, что предлагаешь, я не тот человек, кто обожает рутинную работу. Боюсь, что Максвелл-корпорейшен окажется банкротом через месяц моего правления. Да и высоты я боюсь. – С усмешкой закончил Итон свою речь. – И есть еще причина, по которой я совершенно не намерен заниматься чем-то подобным.
Мама презрительно глянула на брата и проговорила в тон взгляду:
- Можно подумать, что тебе есть чем заниматься, Итон. Целыми днями только и делаешь, что ублажаешь свои прихоти.
Я понял, что разговор как-то слишком резко перешел на личности. Я понимал, что все мы немного устали друг от друга и постоянное соседство с моими парнями выводит моих родителей, но они сами пригласили нас в свой дом, так что теперь делают вид, словно мы самовольно заняли территорию. Это смешно.
Я протянул руку за блокнотом, дядя отдал мне его, и я быстро написал, передал обратно:
- Ты уверен, Тони? – прочитав, спросил меня он, я кивнул. – Мы занимаемся с Итоном тем, что считаем делом нашей жизни и если бы ты, отец, интересовался больше нашими делами – был бы удивлен. Парни, собирайте вещи, мы переезжаем на ранчо. – Мама удивленно округлила глаза.
- На ранчо? Но, дорогой, там же даже спать негде… было. – Она посмотрела на нас с дядей и театрально приложила ладошку к губам. – Но откуда средства?
- Средства на что? – задал отец свой вопрос почти одновременно с ней.
- Средства… - задумчиво начал Итон. – Сначала это был капитал, который заработал Тони на своем творчестве. Но это вам же неинтересно, вы считаете дело всей его жизни всего лишь увлечением, пусть так. Но сейчас средства идут от инвесторов и спонсоров. Мы с Тони и ребятами решили построить настоящий дом для приютских детей, сделать так, чтобы они ни в чем не нуждались, и именно под эту идею была отдана принадлежащая мне земля ранчо, Эли.