Вы здесь

Флейта

Страницы

Все страницы:


- Так, давайте выпьем и за работу. – Марс разлил виски на два пальца, как положено, и мы выпили.
- Что у нас сейчас? – спросил задумчивый Рей.
- Сейчас приводим себя в порядок и едим к Тома. Делаем несколько снимков, я надеюсь несколько. А потом в зал на репетицию, Терри и Марио подъедут позже. Так, что еще? – я закусил губу, задумался. И даже не заметил, как они все тихо оставили нас с Ноэлем одних.
- Устал? – сел он рядом со мной.
- Только утро, а голова уже никакая, маленький.
- Ты знал, какие чувства к тебе испытывает Кот? – прислонившись к моему плечу, спросил он.
- Догадывался.
- И что теперь? – я повернулся к нему и нежно поцеловал в пахнущие лимоном волосы.
- Ему просто нужно было это сказать, он не ждет от меня ответных чувств, но ему необходимо было признаться. – Я обнял его за талию и подтянул к себе на колени. – А я люблю другого человека. Человека, который вошел в мою жизнь со слезами на глазах. Моего мягкого, шелковистого мышонка.
Шел тихо рассмеялся и накрыл мои губы своими нежными губами. Я тут же перехватил инициативу, а он совершенно не сопротивлялся и отдавался мне.
Нашу идиллию нарушил телефон. В общем-то, как всегда.
- Да? – оторвался я от исследования сладкого рта.
- Тони, доброе утро, как ты? – Итон был как всегда бодрый.
- Жутко. Но мы почти готовы отправиться к Тома на растерзание. – Ответил я. – Иди в ванную. – Легкий поцелуй в скулу моему мальчику. Ноэль встал с моих колен и отправился в душ. А я подошел к зеркалу.
- Я подъеду где-то к девяти. Будь готов. И, Тони…
- Что? – я выглядел как-то уж совсем замучено.
- Я прошу тебя на репетиции использовать фонограмму.
Я застыл.
- Итон, ты же прекрасно знаешь, я не пою под фонограмму. – На том конце эфира вздохнули.
- Энтони, я думаю, что это единственный способ отыграть большой концерт, я уже тебе об этом не раз говорил. – Немного повышая голос. Я знаю, он нервничает.
- И не ты один. Бетховен мне уже даже запись совал. И Майлз ходит, ноет о том, что можно отыграть чисто и под фон. А что говорить о Шел…
- Вот и прислушайся к тем людям, которые тебя любят и которым небезразлична твоя судьба. – И все, повесил трубку.
Я вздохнул.
Конечно, мы можем отыграть под фон, но это будет неуважение к фанатам нашего творчества. И самое главное - это ведь последний концерт, а я выйду к ним с фоном. Это неприемлемо.
- Может, действительно взять фонограмму, Тони? – тихо спросил Ноэль, выйдя из ванной.
- Я не могу, малыш. Это недостойно «L'iris noir». – Я повернулся к Шел, на нем было только полотенце и хрустальные капельки воды медленно скользили по коже. Я не удержался и направил на него телефон – щелкнул.
- Тони? – воскликнул Ноэль. А я улыбнулся, смотря на фото на дисплее.
- Я, конечно, не Тома, но тоже знаю толк в прекрасном. – Он смущенно отвернулся к шкафу. – И могу его увидеть. А то, что я вижу - действительно прекрасно.

- О! Великий Мираж и его мальчики! – восторгу Тома не было предела. Я старался не скривиться. Да, этот тип знает свое дело, но как же он раздражает. Тома обошел Шел, а я еле сдержался, чтобы не притянуть моего мальчика к себе. – О! Мираж, ты не забыл, что ты мне обещал за мою работу?
- Я помню.
- Прекрасно, а теперь начнем…
Фотосессия длилась долгие четыре часа, я бы предпочел изнуряющую тренировку по танцам или репетицию в два раза дольше, чем это.
Он ставил нас в позы, раздевал, одевал, оголял и заставлял делать вещи, странные для нас, но на его взгляд потрясающие. После четырех часов ада, я прекрасно понимал Лофарго, он хоть умел срываться на Тома. Тем самым снимая стресс.
- Миражик, встань поближе к конфетке… - я рыкнул и резко обнял Шел и впился в его губы, он ахнул, но сам, по инерции, обнял меня за шею. Вспышка еще и еще. Но мне уже было все рано.
Вся конспирация ушла в лету, но я наслаждался губами любимого человека.
- О! Это экстаз! – завопил Тома.
На мне была прозрачная рубашка и серебряные брюки, на моем мальчике все угольного цвета и пояс из цепочек. Я приподнял его ногу себе на бедро. Ноэль застонал.
Тома на заднем фоне что-то лепетал о том «Что он художник, а не порно режиссер», но снимать не перестал. Извращенец.